Берта Фраш.

Как прожить в паутине

Александр Корчак «Моя жизнь в тоталитарной паутине».

Литературный европеец, Франкфурт-на-Майне. 2019, 418 стр.

 

Одна из распространённых (поверхностных) характеристик любой прочитанной книги  - «интересная». Страшная и увлекательная – спешу добавить к этой необычной биографии, ставшейся неотъемлемой частью истории России. Впрочем, любое жизнеописание не висит в воздухе и обрастает внутренними, и внешними обстоятельствами. Но лишь немногие из них могут служить источником для углубления знаний по истории, морали, социологии, как в данном случае – России, СССР.

Александр Корчак (1922 - 2013) – учёный астрофизик, доктор физико-математических наук, не был просто фанатиком науки. А хотел и смог увидеть социальные, моральные и политические процессы в обществе, начиная со своей семьи. Когда и почему возникла критическая зоркость А. Корчака, его путь в науку, его диссиденство, как удалось ему балансировать на лезвие советской действительности, то есть выбраться внешне невредимым из «паутины» государственной лжи, как удалось сохранить свою индивидуальность - читатель узнает из его мемуаров.

В исчерпывающем предисловии, написанном Верой Корчак, дочерью автора, ясно изложены мотивы  возникновения этой книги: «Сначала я хотела отредактировать отцовскую автобиографию... и просто распечатать в небольшом количестве экземпляров для семьи. ...Но по мере работы с рукописью и документами я начала осознавать, что это – не только биография одного частного лица, но – всего поколения...».

Старшее поколение склонно к неизбежности  сравнения настоящего с прошлым – погоды, цен, различных аспектов жизни в государстве -  социологический феномен, у молодых, по объективным причинам, он чаще отсутствует. Лишь единицы стремятся, умеют дистанцироваться от актуальной идеологической волны, критически переосмысливая опыт родителей и современность.

Для родившихся даже сразу после войны в СССР, чаще всего не существовало прошлого бабушек-дедушек, родителей. О нём молчали, чтобы выжить и не подвергать детей опасности. В лучшем случае можно было услышать лишь пару реплик: воевали, сидели.

Мемуары Александра Корчака с уточнениями-пояснениями и послесловием Веры Корчак описывают жизнь в России, в СССР. Её не назовёшь прошлой, хотя глава 10 – Путешествие в уходящее прошлое – это реальное продолжение, которым я увлеклась. И незнакомая мне вообще современная жизнь в России с началом и после «перестройки» показалась узнаваемой.

Воспоминания Александра Корчака – это действительно постоянный анализ внутренней и внешней жизни, отражающий «глубокие социальные процессы». Но читать их оказалось легко и интересно. Этому способствовал также лейтмотив собранных в книге записей, глав - «загадка русской души». Да, о ней ещё недавно много говорили в иностранной прессе, не вдаваясь в подробности и умалчивая о «тоталитарной паутине», в которой она обитает. Александр Корчак стремился понять русский характер на протяжении всей своей большой жизни. Кажется, мне ещё не приходилось читать в таком объёме о результатах личных наблюдений жестокой действительности после «перестройки».  Конечно, есть художественные, разоблачающие произведения, описывающие сталинское время, позволяющие прийти к такому же мнению о «загадке русской души».

Именно искренность, беспощадность оценки своей жизни сделали мемуары Александра Корчака ценными, не оставляя сомнений в их объективности.

Как известно, на объективность выводов любых социологических наблюдений влияет субъективное восприятие. Даже статистические данные повсеместно (то есть и здесь, на Западе) этому подвержены. Поэтому некоторые выводы в главе 6 - «Моё участие в правозащитном движении» могут показаться субъективными тем читателям, кто знаком с теми событиями.

И правильно поступила его дочь, опубликовав записи отца, отражающие социальные процессы. Её вступление и послесловие к мемуарам не оставляют пространства для дополнений, комментариев. А другие попытки окажутся лишь слабым поторением.

Исповедальный характер мемуаров ярко выразился в главе 9 – Лена. На пути проникновения в жизнь близкого человека – жены, читателю открываются новые грани автора. Их яркие личности, необыкновенно талантливые и трудолюбивые, постепенно шли к созданию семьи. И здесь советская действительность не устаёт поражать и трудностями, и подлостью. Очень трогательно, целомудренно развивались отношения Лены и Александра. Она культурная, целеустремлённая и красивая (можно судить по фотографиям в книге) девушка. Закончила Ленинградский институт по специальности химик-технолог, с закрытой защитой диплома. Интересовалась театром, музыкой, танцами, балетом. Много системно читала. И мечтала о заочном обучениии на философском или историческом факультете.

Очень работоспособная и разносторонне талантливая Лена после двух лет переписки и встреч с Александром Корчаком, и борьбой с советской бюрократией, становится его женой. Поиски жилья и устройство быта, рождение двух дочерей, а также работа надорвали здоровье Лены. Они прожили 45 лет вместе. Автор мемуаров откровенно пишет о недостатке внимания к интересам жены, её «поэтической натуре» из-за чрезмерной загруженности работой и командировками. Глава о Лене – исповедь души.

Написана увлекательно и проникновенно. Претендует на роман в письмах.

 

В главе о своих предках Александр Корчак пишет, что его «семья может служить иллюстрацией размежевания», проходящего по душам людей, по семьям, по кланам и по социальным группам. Примером беспринципного карьериста и приспособленца является сводный брат автора – Евгений. Из описаний виден уродливый портрет человека – «типичная фигура того времени». Но после главы «Путешествие в уходящее прошлое» можно убедиться в живучести таких людей, актуальности таких родственников.

После окончания работы над воспоминаниями Александр Корчак изменил первоначальное название десятой главы, которая должна была называться «Путешествие на родину». Этому способствовали теоретическое основание (словари) и пережитый опыт: весной 2001 года незадолго до своего восьмидесятилетия автор полетел в Россию. Было необходимо разобрать бумаги, архив, вещи Лены, подготовить квартиру к продаже или сдаче. Ничего не получилось из  запланированных встреч с друзьями, знакомыми и сотрудниками. Своё восьмидесятилетие Александр Корчак встретил в одиночестве. Все, кто не друзья – враги – одна из характерных черт русского человека, с этим вновь столкнулся Александр Корчак.

«Прошлое» началось с полётом Аэрофлотом, «погнались за дешевизной». Быт и проблема жилья остались прежними. Его записи хождений за продуктами, в сберегательную кассу – как это пересказать?! Действительно, после жизни на Западе – это шок. И встречаться с родственниками ему не хотелось по объективным причинам. В нём они видели только «давай-давай».

«Должно пройти много поколений прежде, чем сможет начаться оживление жизни в России. Если оно начнётся вообще. Общество в целом, в его глубине, не успело преодолеть даже границы полудикости. ...к этой полудикости добавились повальное воровство, враньё, уклончивость, неискренность и многое другое на фоне разрастающейся, всепроникающей и коррумпированной бюрократии. Таковы столь печальные и удручающие итоги» поездки Александра Корчака в «уходящее прошлое».

 

Страницы воспоминаний как птицы расположены на одном дереве, крона которого не знает затишья. Его ствол – сознание и вибрирующее восприятие действительности, стремящееся с корнями покинуть тоталитарную паутину. Но вначале – понять! А такие закрытой системе не нравятся, не угодны. Опасны!

Путь в науку Александра Корчака был сложным и описан добросовестно. Трудностям способствовали его анкетные данные. Его отец был осуждён и погиб в ГУЛАГе по политическим критическим убеждениям  («это хуже, чем крепостное право»).

Мать Александра Корчака – дочь священника. Её сестра после революции эмигрировала с мужем-немцем в Германию.

Интересен переход Александра Корчака к правозащитной деятельности, которая началась в 1975 г. с подписанием письма в защиту арестованного биолога Сергея Ковалёва (стр. 98). Он описывает её направления, участников и реакцию властей на деятельность группы. Не менее интересна и реакция сослуживцев, дирекции института.

 

«Диссиденство – это проявление индивидуализма человека, живущего в сообществе с другими. Но различные сообщества – и в настоящем, и в прошлом – ограничивают, преследуют и отторгают этот индивидуализм по-разному» (стр. 353) - подводит итоги Александр Корчак. Его анализ индивидуальной личности основывается на обширном практическом материале, на вершине пирамиды которого читатель обнаружит самого автора. «Я прошёл все типичные стадии диссиденства от молчащего до действующего, но даже до этого, несмотря на свою коммунистическую убеждённость в юношеском возрасте, был обречён на диссиденство». Трагизм формулировки соответствует эпохе, но противоречит личности Александра Корчака. Как много он успел сделать в науке, в общественной жизни и создать семью (отец двух дочерей)!

Вера начинает послесловие с биографии, которую её отец написал для отдела кадров (стр.333):

«Родился 20 апреля 1922 г. в селе Устье Каменец-Подольской области (теперь – Хмельницкая) УССР. В 1940 году окончил среднюю школу в с. Илек Оренбургской области и был призван в армию. Служил в Забайкалье в ПВО авиамехаником (после окончания Иркутской авиатехнической школы в 1942 г.) сначала в Монголии, а затем в Бурятии. Участвовал в войне с Японией (401 истребительный полк). После демобилизации в 1946 году поступил на физический факультет Московского университета, который окончил в 1951 г. по кафедре теоретической физики. С 1951 по 1954 работал учителем в с. Запутная Московской области.  В 1954-1957 – аспирантура МГУ, 1957-62 – физический интститут АН им. Лебедева (ФИАН), лаборатория радиоастрономии, 1962-83 ИЗМИРАН (Институт земного магнетизма, ионосферы и распространения радиоволн. Троицк, Московской обл.) Опубликовал около 60 статей по электродинамике, ядерной физике и космической физике (около трети в английских и американских журналах)».

 

Подробности происхождения семьи, географические перемещения, подробности профессионального и гражданского роста на фоне политических кактаклизмов и нескончаемых проблем советских науки и быта описаны мужественно, обнажая личные недостатки. И, конечно, о деятельности в Группе содействия выполнению Хельсинских соглашений. Но и восприятие с оценкой действительности в современной России и Америке очень интересны. Уникальность этих мемуаров очевидна!

После ухода на пенсию, когда ещё можно было бы и хотелось работать над проектами, неугодный власти Александр Корчак, теоретик физики Солнца, продолжил свой труд по созданию модели тотальных самоорганизующихся социальных систем.

В 1991 году Вера Корчак привезла рукопись отца в Америку. Подготовила к публикации статьи, затем и книгу. В 1999 году Александр Корчак переехал в США. Работал над мемуарами, занимался пчеловодством, огородничеством. Может быть Александр Корчак пришёл к душевному равновесию. И в 91 год в 2013 умер.



Уже не первый раз посещает меня такая мысль: почему так интересны истории жизни, особенно в условиях тоталитаризма – в режимах Сталина, Гитлера?!

Не все люди, соприкасаясь с такой системой, понимают её суть. В любом случае интересно поведение, обстоятельства и описания внутренней жизни таких людей в жестокой системе. И молчаливое согласие, и сопротивление или содействие – интересны потому, что открываются черты, неизвестные даже самому человеку. И вызывают у читателя сопереживание и страх. Или восхищение!

Для предотвращения подобного, современным молододым ( и не только!) людям на Западе будет интересна и полезна душевная исповедь человека, учёного, прожившего насыщенную жизнь в СССР.  Жизнь, «в постоянной борьбе» в быту и на работе – в науке, «в условиях недружелюбия и отчуждения от ближайшего окружения: родственников, соседей, сослуживцев, бывших друзей и просто знакомых...». Жизнь в стране, где нельзя проявлять индивидуальность, заниматься политической деятельностью, по-человечески жить и работать.