пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ     пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ!

Дискуссия

 

Гершом Киприсчи:

 

И, кроме того, при том, что события все происходят нынче очень быстро и есть интернет и интернет-форумы, лучше было бы снова вернуться на страницах журнала/журналов исключитель-но к прозе, поэзии, драматургии, эссе и литературной критике нашей, 4 ой волны, чем обсуждать политические новости, которые устаревают уже в день их появления.

Нас же никто не хочет слушать, ибо мы не связываем себя с Россией и туда после падения режима возвращаться уж точно не собираемся, тогда как Б.Акунин и прочие улицкие  да быковы спят и видят как вернуться после падения режима к своей комфортабельной довоенной жизни в Москве. Да и Запад слушает... и финансирует только голос их, 5-ой волны.

Ведь, как я уже писал Вам ранее, принципиальная разница ме-жду литераторами 4-ой, нашей, и их, 5-ой, волн эмиграции состоит в том, что мы суть писатели русские, ибо пишем по-русски, и нам это(го) совершенно достаточно.

Они же суть литераторы принципиально российские, связывают себя не столько с русским языком и культурой, сколько со страной-Россией, с которой у нас как раз- таки уже четверть века и более ничего не связывает.

И даже такая небольшая формальность: у большинства из нас российского гражданства и паспорта либо не было вообще, либо мы от него отказалась, они же свои "серпастые-молоткастые" паспорта СССР 2.0 берегут пуще зеницы ока для возвращения, не зря себя они называют не эмигрантами, но релокантами - враменныими переселенцами.

У нас один язык, но разные ценности и идентичности.

Я бы уподобил это размеживанию век тому назад между голландской литературой и литературой африкаанс.

Язык (почти) один, реалии разные (африкаанс - это классический голландский, бережно сохранённый в Африке эмигрантами 17-18 вв. из Нидерландов).

 

 

Игорь Шестков:

 

Релоканты - очень многие - сделали карьеру и деньги в России. 

И жадно ждут, когда кончится война, чтобы сейчас же возвратиться в российскую помойку. 

Поэтому они если и сделают журналы, то почти пропутинские. Мягкие. 

 

Владимир Батшев:

Вот смотрите, Виктор: мы никогда ни на кого не надеялись, потому русская эмиграция и жива (и относительно здорова) - как мы с вами и нашими коллегами (которые дожили до 101 года и живут дальше).

Так почему УКраина надеется на доброго дядюшку США, почему не может самостоятельно бороться с путинским вторжением? Я этого не понимаю. Откуда такой абсолютно детский инфантилизм?

 

 

Виктор Фет:

 

   «Русская эмиграция», в отличие от Украины или РДК, не находится в вооруженной войне с путинской ордой.

 

ВлБ:

"Русская эмиграция не находится в состоянии войны с Путиным", как не находится? Вот я нахожусь. И мои коллеги находятся. Ведь своей эмиграцией мы уже объявили войну России.

 

Виктор Фет:

 

Ситуация не сравнима. Мы не являемся государством или политической партией, не обладаем территорией и населением. Мы - граждане других государств, со всеми вытекающими правами и обязанностями. Ни меня, ни вас с коллегами не бомбят сейчас ракетами. Украину и Израиль бомбят.

 

Игорь Шестков:

 

Война с Путиным для эмигранта-писателя - это обязанность.

Каждая наша свободная книга, каждое свободное русское слово - это удар по морде тоталитарной России и ее фюреру.  

 

Ирина Бирна:

 

Я, к сожалению, не могу следовать Вашей аналогии. По мне, эмиграция и государство — две вещи разных категорий и сравнимы быть не могут. Эмиграция — это люди. Сколько бы нас тут не было, мы оставались и остаемся индивидами — каждый кует свое маленькое счастье самостоятельно. Кто-то стремиться продолжать то, что делал на родине, иные меняют профессии или успокаиваются на социале. У нас есть проблемы с бюрократией, но нам не грозит физическое уничтожение. У нас нет амбиций создать административную автономию в государствах, нас приютивших (если помните, курды в начале 90 боролись за создание такой автономии, а в некоторых районах, населенных, в основном, мусульманами время от времени возникают движения за введение там законов шариата). Другими словами, перед нами не стоит задача выжить физически, а внутренний мир, культуру, традиции, навыки и пр. каждый сохраняет и передает следующему поколению в меру сил, возможностей и мотивации.

В Украине ситуация диаметрально противоположная. Здесь с самого начала идет о физическом уничтожении народа: как можно больше ракетами и бомбами, выживших — лишением корней: культуры, языка, истории… Украинцы вынуждены защищаться оружием, а оно — всегда результат экономического потенциала страны. Московия готовилась к этой войне, начиная с 1991 года — она никогда не признавала и не мирилась с независимостью Украины. Военные возможности — квантитативные в первую очередь — несопоставимы. Для сравнения: на сегодня ВСУ уничтожили 7229 танка, у Украины в 2022 году было что-то около 300; с самолетами, вертолетами, ракетами положение еще хуже. Вот почему Украина зависит от помощи союзников.

Первые три месяца после начала полномасштабного втор-жения Украина сражалась без всякой помощи, последние полгода — лишь с очень недостаточной европейской, и тем не менее выстояла. Я думаю, в этом случае мы не можем говорить о инфантилизме украинцев.

 

Игорь Шестков:

 

Полагаю, что главный долг живущего на Западе русского писателя - пестовать свободное русское слово.

Что - для меня - автоматически означает, что политически... мы - враги Путина и его террористического режима и друзья тех, кто с оружием в руках или как-то иначе борется с этим режимом. Друзья демонстрантов, протестующих против гнусной войны, развязанной путинской Россией, друзья дезертиров, не желающих служить в путинской армии вторжения.  

Да, мы - друзья украинской армии, ее русских (а также чеченских и других) подразделений, борющихся с путинской сволочью, мы друзья гибнущего под российскими бомбами народа Украины, друзья партизан, взрывающих на территории России и на территориях, захваченных ею, поезда, везущие военные грузы...

Свободный русский писатель - не только враг путинской России, но и враг Хамаса и Хизбаллы, Ирана, Северной Кореи и коммунистического Китая и всех других злодейских режимов на Земле. 

На мой взгляд это самоочевидно.

Некоторые зарубежные русские писатели имеют лишь одно общее с россиянами - язык, и хотели бы стать американцами, немцами, израильтянами, забыть Россию и жить только частными интересами и интересами новой родины. Имеют право. 

Но даже в этом случае нельзя закрывать глаза на то, что вытворяет наша бывшая родина, потому что доля ответственности за все ее зверства лежит и на нас. 

И мы все, новые граждане Америки, Германии, Израиля... должны в меру наших сил помогать Украине выстоять, а путинскому режиму - рухнуть. 

На мой персональный взгляд, мы должны всячески содействовать не только военному поражению России, но и умному разделу империи на более мелкие государства.

Государства, управляемые не из Москвы. 

Только в этом случае - у русской культуры есть шанс пережить современное лихолетие. даже если от "великой России" останется одна небольшая Владимирская Русь.      

 

Виталий Амурский

 

Увы, в этом споре (если я верно уловил его суть) позиция Фета мне представляется более точной. Вот почему: среди эмигрантов (из тех, кто покинул накрывшийся медным тазом СССР) отношение к путинскому режиму, к самому деспоту, сложилось не однозначное. Определённая часть (какая – судить не берусь) напрочь открестилась от него. Но нашлось немало и таких, кто очевидно занял позиции пророссийские (я имею ввиду: прорашистские). Пророссийские (прорашистские) позиции, увы, оказались милы и многим русским, родившимся уже вне России (то есть, детям и внукам эмигрантов первой и второй волны).

Именно поэтому факт эмиграции людей, условно говоря, из советского мира рассматривать как некий явный антипутинский знак (жест) нельзя.

А вот те, кто эмигрировал из РФ уже при нынешнем фюрере – да.

Однако, так или иначе, для меня очевидно: русские люди (или ощущающие свою глубокую связь с Россией) нынче находятся в состоянии раскола.

Общими мерками – кто где? на чьей стороне большинство? – тут измерить что-либо невозможно. Ясность может быть выявлена исключительно индивидуально.

 

 

Светлана Кабанова

 

Вы оба правы!

Здесь тоже есть путинисты, увы. Равно как и эмигранты в душе в РФ. Так пожелаем нам
поменьше путинистов здесь и эмигрантам в душе в РФ сменить
страну или систему, в которой они живут.

 

 

Юрий Рябинин

 

Ну, в значении "земля" - не страна. В значении "люди", "культурно-этническая общность" - страна. Хотя именно люди, пре-жде всего, и являются "страной". Евреи, например, две тыщи лет не имели своей земли, но при этом сохраняли свою "страну" в ее культурно-религиозно-языковом значении. Так что, я думаю, эмиграция, в известном смысле вполне может считаться и страной.

 

 

Юрий Диденко

 

Если эмиграция из какой-то страны по каким-то причинам (разным, моральным, идейным, политическим и т.д., подразумевающим невозможность проживания в стране исхода) - это отъезд навсегда (изначально так  многие и думают, и лишь немногие меняют свою позицию, не сумев прижиться в новой стране), - то сейчас появился класс экспатов, выехавших на заработки или «просто попутешествовать», с возможностью и мыслью когда-нибудь, в обозримом будущем, вернуться назад.

Большинство моих знакомых, уехавших в 90-е годы, -- по тогдашней их молодости лет никак не относились ни к какой политике.

Этот их выезд не был ни эмиграцией ("а вдруг да всё там изменится, и я вернусь, и всё снова срастётся, а пока поживу в более комфортной стране"), ни тем более "политическим протестом". 

А экспаты появились уже в новые времена с огромным легальным выбором направлений выезда.

Но и даже "политические" эмигранты не всегда стремятся что-то изменить в стране исхода, а тем более объявлять там кому-то войну. Сама местная обстановка к этому не располагает, общая повестка дня -- живи и радуйся, и дай жить и радоваться другим, бытовая агрессия не приветствуется и является исключением.

Многие полит-проблемы здесь решаются легальными методами: демонстрации, петиции бундес-канцлеру и в бундестаг со сбором подписей в интернете. И только самые дичайшие "демонстранты" (точнее, орды) всегда готовы рвать и метать.

Ведь и вполне адекватные местные западные  аборигены давно не воинственны (навсегда отучены) и вряд ли готовы себя защитить. Но они (как и все остальные) платят налоги и знают, куда и на что идут их налоги.

.И, наверное, есть ещё (или снова появилась) "внутренняя эмиграция".

И если они пока в войну с режимом не вовлечены, то это...пока.

 

 

 

Вера Корчак

 

Мне кажется, все зависит от того, о каком виде войны идет речь. Войны ведь бывают "холодные" и "горячие", а еще идеологические. С очень большой натяжкой можно сказать, что мы, эмиграция, находимся в состоянии войны идеологической.

И скорее даже не мы находимся в состоянии войны с путинским режимом, а путинский режим - с нами. Фактом эмиграции мы как бы полностью опровергаем путинскую пропаганду о том, как "хорошо жить на Руси".

Люди-то бегут, и бегут миллионами! Какими только мерами путинцы ни пытаются этот отток населения остановить - все равно бегут. К этому надо добавить, что часть сбежавших к тому же занимается политической и общест-венной "анти-путинской" деятельностью, устраивает демонстрации, распространяет информацию о преступлениях путинского режима. 

В Америке, например, был создан штаб протестных действий, созданный русскими эмигранта-ми, который в 2021 году провел ряд акций в поддержку Навального, в которых участвовало более пятидесяти американских городов. 

 Это только один пример. Вот ваши журналы - "Литературный европеец" и "Мосты" - публикуют не только литературные материалы, но и критические статьи о путинской России.

 Путину такие выступления и публикации как кость поперек горла, а ведь их не остановить. У себя дома легко, а за рубежом? 

Вряд ли все это можно назвать войной.

Скорее - противостоянием, своего рода диссидентством. 

В России диссидентство уничтожили, оно и переехало вместе с эмигрантами за рубеж. 

 

 

 

Григорий Яновский:

Два тезиса.

  1. Уехавшие "из той страны" ещё в прошлом веке, не имеют никакого отношения к путинизму за неимением такового.

Мотивы их эмиграции были разные, но иные. Как ни прискорбно, но среди этих эмигрантов с большим стажем много пропутинцев.

  1. Среди уехавших из страны (т.н. постсоветского пространства) в период путинизма, практически во всех русскоязычных диаспорах очень много V-атников и Z-этников.

Они как-то уродливо сочетают комфортную и вполне обеспеченную жизнь "на Западе" с мотто о великой России во главе с Пу.

Мои выводы.

Эмиграция в целом не находится "в состоянии войны с Путиным". Ненависть к Пу - не есть причина эмиграции даже для тех, кто уехал сравнительно недавно. 

Конечно, с началом войны, с "частичной мобилизацией" и не-малыми шансами попасть в мясорубку, поехала молодежь "нового замеса" - выросшая при Пу. 

Но и очень многие из них не являются противниками режима, "с пониманием" относятся к исторической миссии Пу, и т.п. А уехали, чтобы сохранить себе жизнь, не участвовать в войне.

Многие из них хотят вернуться, как только "всё закончится". Им в России уютнее, привычнее, понятнее. И они насколько аполитичны, что вечный Пу во власти их не беспокоит. Просто хотят заниматься любимым делом на родине.

Реальными противниками Пу является "тонкий слой" либерально-демократических представителей эмиграции. Они желают видеть "Россию без Пу", желают слома режима, поворота к демократии.

Что такое "демократия" в российском исполнении, не знает никто! Провал Ельцина с соратниками в 90-ых - тому ближайший пример. Почвы (в смысле, поддержки глубинного народа) для демократии там нет. Никогда не было. Простой народ хочет сильной власти, сытой жизни, немного бабла, чтобы на водку с закуской хватало. Народ "посложнее" хочет гордиться Россией и ездить отдыхать за границу. Имперство и раболепие в одном флаконе.

Оппозиция Пу, в основном, живущая в эмиграции, разобщена. За 30 лет перемен (после августовской революции 91-года) политическую структуру создать не смогли. Причин тому много, но факт остается историческим фактом. Лидеров мнений немало, но они остаются неким несбалансированным интеллектуальным ядром, не способным к консолидации и совместной работе против Пу.

Перспектив не вижу. Тем более, что многие из этих интеллектуалов - люди уже пожилые.С кем/чем связываю надежды? Как всегда, со сменой поколений. С теми молодыми людь-ми, которые хотят перемен. Не хотят жить в репрессивном неправовом государстве. 

Хотят жить "по западным стандартам" под русским соусом. Возможно ли, не знаю.

Век Пу, безусловно, конечен. Но победить путинизм, отобрать у них власть цивилизованными методами (через выборы) крайне затруднительно. Этих церберов режима - сотни и сотни тысяч: во властных структурах, в  силовых структурах, в военной форме, в бюрократическом аппарате. Они власть и свой комфорт добровольно не отдадут. Ситуация достаточно тупиковая.

Поражение в войне с Украиной может стать катализатором перемен. Но этого поражения, точнее, победы Украины, надо ещё добиться. Здесь тоже - тяжелая, неопределенная ситуация, вызванная, в первую очередь, "многовекторной" позицией Запада. Умиротворяют агрессора, как уже было в 1938-39гг.

 

Ефим Шейнис:

Я не был в России 25 лет, и когда уезжал, о Путине ничего не слышал.

Интересно, выходят сейчас на демонстрации россияне с портретами Путина?

 А что значит эмиграция не страна?